|
07 Февраля 2012
Винный откупщик, владелец нескольких тысяч душ крепостных, один из богатейших жителей Саратова Михаил Адрианович Устинов слыл человеком общительным, хлебосольным, любил, в общем, жить на широкую ногу, дом его всегда был полон гостей. Впрочем, за шумными балами н картами, едва ли не единственными развлечениями меренной провинциальной жизни, Михаил Адрианович не упускал главного особого чутья на выгодное для себя и исключительно полезное для общества вложение денег. Мы не знаем, был ли Устинов тщеславен и хотел ли непременно оставить след в истории, но то, что ему это удалось несомненно.
В своих имениях, рассыпанных по всей губернии, Устинов построил 16 церквей, некоторые их сохранились и по сей день. Больше того, знаменитый Троицкий собор в старом центре Саратова, по сути, именно капиталам Устинова обязан своим вторым рождением.
В 1800-е годы стены собора изрядно обветшали, покрылись множественными трещинами, находиться в храме стало небезопасно. В кругах местной знати даже заговорили о том, "...а не сломать ли нам старую церкву, чай, новую возвесть противу ремонту дешевле выйдет". Однако умевший считать деньги Устинов был другого мнения. "Церковь сия возрастом почтенна, но красотой своей достойна занимать одно из лучших мест в городе", примерно мог ответить Михаил Адрианович своим оппонентам. Да и губернатор Алексей Давидович Панчулидзев поддержал Устинова. В итоге, в 1813 году на деньги купца были возведены так называемые «контрфорсы» мощные укрепительные стены, перпендикулярные основным; затем вокруг храма устроили галерею, и облик собора преобразился. Постарался от души губернский архитектор Василий Иванович Суранов. И на торжественном приеме у Панчулидзева по случаю спасения собора звучали здравицы в адрес купца – благотворителя и архитектора: "Здоровья-с Вам, Михаил Адрианович! Эко дело свернули огромное-с!» Но Устинова уже волновало дело иное – затеял он в том же 1813 году грандиозную перестройку собственного дома, расположенного прямо против облагодетельствованного им Троицкого собора. И взялся за этот заказ не кто-нибудь, а сам Иван Федорович Колодин, Санкт-Петербургский специалист, работавший архитектурным помощниизвестнейшего зодчего русского классицизма Воронихина при строительстве Казанского собора. Прежде всего он задумал объединить в один объем два стоявшие рядом двухэтажных дома Устинова. Кстати, в грандиозный пожар 1800 года они уцелели только потому, что по приказу хозяина были накрыты брезентом и поливались водой. Соединив обе постройки, Колодин увенчал их еще одним, третьим этажом, а фасад украсил тремя колонными портиками и лепниной – дворец, да и только, на зависть соседям, да и всем состоятельным саратовцам. Вряд ли кому из них, кроме, конечно же, губернатора Панчулидзева, был по плечу такой размах строительства. К слову сказать, ставший за свои заслуги потомственным дворянином, управляющий Низовой Соляной конторы Михаил Устинов владел роскошными особняками и в столицах. В одном из них, в Петербурге, на Фонтанке, жили в 1820-е годы родители великого Пушкина Сергей Львович и Надежда Осиповна. Сам Александр Сергеевич приезжал в этот дом после ссылки, встречался здесь с Дельвигом, с Анной Петровной Керн. Устинов имел дом и в Москве, на Воздвиженке, ныне это музей архитектуры имени Щусева. Мы не знаем, были ли знакомы Устинов и Пушкин, но в чем можно быть уверенным совершенно точно, так это в том, что почтенный Михаил Адрианович хорошо знал двоюродного деда Лермонтова, героя войны 1812 года Афанасия Алексеевича Столыпина. Еще бы, ведь 15 января 1830 года в саратовском доме Устинова на Старособорной площади состоялась свадьба отставного штабс-капитана артиллерии Афанасия Столыпина и внучки Устинова Марии. По сей день сражаются друг с другом краеведы в попытке доказать, был или не был юный Михаил Лермонтов на свадьбе своего "дядюшки", так он его любовно называл. Дело в том, что обнаружены записи визитеров Московского Благородного собрания от 18 января 1830 года, гласящие, что маскарад в этот день посетили отец и сын Лермонтовы, а ведь за три дня до Москвы не доскачешь, тем более зимой.
Впрочем, вернемся к гостям той знаменитой свадьбы. Был на ней давний друг Устинова Алексей Давидович Панчулидзев, в то время уже отставной губернатор. Интересно, что невеста приходилась внучкой и тому, и другому, ибо дочь Панчулидзева была замужем за сыном Устинова. А венчал молодых протоиерей Гавриил Иванович Чернышевский, отец будущего писателя демократа. Но самый, пожалуй, колоритный гость свадьбы это друг жениха, знаменитый гусар и поэт, герой войны 1812 года Денис Васильевич Давыдов. Можно себе представить, как седой красавец генерал собрал вокруг себя гостей и в наступившей тишине при ярком свете свечей произнес: "Господа, воздух вашего города, а также красота очаровательных дам опьянили меня пуще вина, вот строки родились, желаете ль послушать, о том, что дорого...
Умолкшие холмы, дол некогда кровавый
Отдайте мне ваш день, день вековечной славы,
И шум оружия, и сечи, и борьбу! - Денис Давыдов вполне мог читать гостям свадьбы наброски к стихотворению "Бородинское поле", на окончательном варианте которого поэт сделал пометку "Саратов, 1830, 19 января".
После этой свадьбы Михаил Устинов прожил еще 6 лет и ушел из жизни в возрасте 106 лет. Крепкий был человек и умом, и телом. Кстати, еще в 1832 году Устинов продал свой саратовский особняк Духовной семинарии, одному из лучших учебных заведений города.
Ну, а история здания в XX веке связана с находящимся и по сей день в его стенах краеведческим музеем, где хоть раз, да побывал каждый саратовец.
А что же род Устиновых, спросите Вы, неужели он зачах?
Ничуть не бывало. Один из самых знаменитых потомков Михаила Адриановича, актер и кинорежиссер Питер Устинов, живет нынче в Великобритании и с большой теплотой упоминает о своих Поволжских корнях.
Источник: Еженедельная газета частных объявлений «Недвижимость – Пресс-парк» по Саратову и области № 41 от 24.10.1996 года
Перепечатка данной публикации запрещена без согласия владельца сайта