|
09 Февраля 2012
Купчиху Дарью Семеновну Поздееву саратовцы называли сердобольной матушкой. Уж больно ранима была душа ее, никогда не могла она спокойно пройти мимо оборванных бродяг, чумазых ребятишек, просящих милостыню, больных и увечных. Но традиционной милостыней и слезами умиления набожная и волевая купеческая вдова не ограничивалась. Дарья Поздеева щедро жертвовала на благие дела. В 1892 году, в страшную годину неурожая, купчиха выделила из своих запасов 1400 пудов ржи для голодающих Поволжья. "Господь в помощь Вам, Дарья Семеновна, - часто говорили при встрече с ней горожане, - чай, кланяться Вам должны и стар, и мал..." Конечно, помогать нуждающимся ей было приятно. Но, похоже, Поздеева, купавшаяся в роскоши и знавшая цену добытому капиталу, всерьез задумывалась о смысле прожитой жизни, о том, какую память оставит после себя, как предстанет перед Господом. Может быть, поэтому на смертном одре завещала купчиха средства накопленные употребить на богоугодное дело - школу ли построить, больницу или приют. Распорядитель наследства Поздеевой, ее "душеприказчик", присяжный поверенный Соколов, помня о том, как сжималось сердце почтенной Дарьи Семеновны при виде страданий больных малышей, решил на завещанные капиталы построить в Саратове детскую больницу. И 12 июня 1896 года на Соколовой Горе, близ Духосошественной церкви, заложен был первый камень в фундамент первой в городе больницы для детей.
Архитектор Владыкин задумал выстроить для больных ребятишек прямо-таки сказочный терем в традициях древнерусского зодчества - тут и ажурные башенки,, и непременные изразцы, и кирпичные наличники, кокошники - одного фигурного кирпича было использовано около 100 видов. Дворец князя Гвидона, да и только! Впрочем, архитектор позаботился не только о фасадах больничных корпусов - вентиляция и отопление были устроены по самой эффективной в ту пору технологии. Эта больница, - чудо провинциальной архитектуры, - встретила первых пациентов 25 февраля 1901 года. И надо сказать, что рассчитана она была сперва на 12 коек. Впрочем, первый заведующий "лечебницей на Горах" доктор Брухонский спустя 10 лет добился ее расширения - по проекту архитектора Климентьева было возведено новое здание "заразного", отделения на 100 кроватей. А за больницей прочно закрепилось название "Поздеевская". И слава Богу, что стены ее стоят и поныне, хотя ремонт и даже реставрация зданию нынешней детской больницы N° 5 явно не помешали бы.
В отличие от Поздеевой, блестящий саратовский врач, отец русской отоларингологии, как никто другой знавший толк в болезнях уха, горла и носа Николай Петрович Симановский ясно представлял, на что бы он потратил свои капиталы. Обеспеченный человек - как-никак, академик и медицинское светило первой величины, - Николай Петрович всю жизнь мечтал о собственной клинике в родном городе, где смог бы воплотить многочисленные задумки и проекты. Однако изобретатель мазей от острого насморка и специального хирургического ножа вплоть до 1909 года мог только мечтать о своей затее. Но почему до 1909-го? Да потому что в этом году открылся в Саратове университет, в составе пока еще одного, медицинского факультета. И в планах его руководства было строительство не только учебных корпусов, но и специальных клиник, в том числе "ушных, горловых и носовых болезней". Но, понятное дело, гладко было только на бумаге - казна финансировала работы по возведению корпусов на Московской площади ни шатко, ни валко, и тысячи саратовцев, жителей губернии всех сословий, богатых и не очень, услышав клич о сборе средств для храма науки, почли за честь внести свой личный вклад в это благородное дело. Всего саратовцы собрали невероятную по тем временам сумму - свыше миллиона рублей. Это была треть всей стоимости проекта. Симановский же для строительства на пустыре в Агафоновке клиники болезней уха, горла и носа внес 40 тыс. рублей собственных средств, более, чем кто-то другой. И мечта ученого - патриота Саратова стала явью.
Внося свои "кровные на святое дело, Николай Петрович прилюдно заметил: ""Средства, которые я имею, приобрел тяжелым и честным врачебным трудом, пусть и пойдут они на дело врачевания, на облегчение страданий. В этом деле я исполняю заветы своего учителя Боткина..." Первая провинциальная клиника болезней уха, горла и носа начала строиться в годы мировой войны; и самому Симановскому, и автору проекта, знаменитому архитектору Мюфке, пришлось несладко - то с кирпичом возникали проблемы, то работников забирали на фронт, вдобавок ко всему в 1917 году еще и власть дважды менялась. Но к 1918 году, вопреки разрухе и вихрям революции, клиника все же была возведена, и отрадно, что названа она по-справедливости именем выдающегося ученого и мецената Николая Симановского, о чем свидетельствует надпись на фасаде здания. А нынче это один из корпусов клинического городка медицинского университета.
При большевиках здания клиник университета долго стояли недостроенными и необжитыми, оно и понятно - шла гражданская война. Ничем уж больше не мог помочь тогда своему детищу Симановский, в 1922 году он ушел из жизни. И только в ноябре 1926 года, благодаря хлопотам вузовской профессуры и городской интеллигенции, состоялось торжественное открытие клинического городка.
И Поздеева, и Симановский не прожигали жизнь почем зря, и капиталы свои они употребили по совести. Быть может, потому и помнят о них до сих пор горожане. Ну чем не пример для нынешних купцов!
Источник: Еженедельная газета частных объявлений «Недвижимость – Пресс-парк» по Саратову и области № 43 от 06.11.1996 года
Перепечатка данной публикации запрещена без согласия владельца сайта